×
Переводчик
Elena Strachkova
Опубликовано
24 окт. 2021 г.
Поделиться
Скачать
Загрузить статью
Печать
Печать
Размер текста
aA+ aA-

Джастина Пикарди, автор книги о сестре Кристиана Диора: «Dior – это красота и свобода»

Переводчик
Elena Strachkova
Опубликовано
24 окт. 2021 г.

Книга «Miss Dior, A Story of Courage and Couture» (англ. «Мисс Диор. История о смелости и кутюре») просто предназначена для экранизации. Это местами тяжелый, но красивый рассказ о Катрин Диор, сестре Кристиана Диора и бесстрашной участнице французского Сопротивления, не сломавшейся под пытками и после года концлагерей вернувшейся в Париж, чтобы вдохновить брата на создание парфюма «Miss Dior». Катрин прожила до девяноста лет, выращивая цветы. Розы из ее сада до сих пор используются при изготовлении парфюмерии Dior.


DR


Превосходно иллюстрированное произведение. Четыреста четыре страницы, дающие пищу для размышлений. Взгляд автора на сложившуюся в прошлом веке политическую обстановку и задушевную дружбу сестры и брата, ставшего одним из самых знаменитых французов двадцатого столетия. Dior – это квинтэссенция французской моды и стиля. И Джастина Пикарди – в прошлом главный редактор британского «Harper’s Bazaar» – элегантно ее преподносит, разматывая нить от идиллически беззаботного детства Кристиана и Катрин в нормандском семейном имении (сегодня там музей Кристиана Диора) до счастливых послевоенных дней в «Ля Коль Нуар» (фр. «La Colle Noire»), замке Месье в Провансе.

Ранее Пикарди выпустила бестселлер о другом легендарном французском модельере – «Chanel, Her Legend and Her Life» (англ. «Шанель, ее жизнь и легенда»). Обе книги изобилуют неожиданными откровениями, рассказывая о людях, чьи характеры закалялись в сложный период оккупации, когда кто-то проявлял истинное благородство и жертвовал собой, а кто-то вел себя совсем иначе.

Джастина обсуждала необыкновенную жизнь Катрин с креативным директором женской и кутюрной линий Dior Марией Грацией Кьюри, чем вдохновила последнюю на создание весенне-летней коллекции с цветочно-садоводческими мотивами – по сути посвящения сестре Кристиана Диора.

Биография «Miss Dior, A Story of Courage and Couture» только что вышла в свет. Пикарди подписала экземпляры издания на презентациях в Париже и в провансальском поместье «Ля Коль Нуар», где в тот же день состоялось открытие выставки «Miss Dior, 12 Female Artists» (англ. «Miss Dior, 12 художниц»). Каждая из участниц этого проекта поделилась собственным прочтением знакового аромата, интерпретировав понятие красоты или поразмышляв о суровых испытаниях, которые Катрин Диор с честью преодолела.

FashionNetwork встретился с Джастиной Пикарди в «Ля Коль Нуар» среди увитых розами трельяжных сеток и посаженных Кристианом Диором оливковых деревьев, в окружении простирающихся в бесконечность горных хребтов и видов местечка под названием Кальян, где Катрин, пережившая брата на полвека, провела последние сорок лет своей жизни.  


Джастина Пикарди в 2013 году - Photo: Shutterstock


FashionNetwork.com: Что вдохновило вас на написание книги?

Джастина Пикарди: После выхода в свет моей книги о Коко Шанель дом Dior пригласил меня взглянуть на их архивы. А архивы необыкновенные. Красота нарядов и иллюстрации меня просто заворожили. Я тогда подумала, что замечательно было бы устроить выставку. И я, на самом деле, подготовила вводные печатные материалы для выставки Dior в Музее Виктории и Альберта, в итоге превратившейся в экспозицию «Christian Dior: Designer of Dreams» (англ. «Кристиан Диор: дизайнер грез»). Поначалу я не могла «нащупать контуры» будущей книги. Но одним летним утром лет пять назад мы разговорились с хранителем архива Dior, коснувшись в беседе Катрин. Я знаю, это прозвучит очень странно, но я внезапно восприняла Катрин как героиню повествования и решила, что, если писать о Кристиане, то надо обязательно писать и о ней.

FNW: В книге вы рассказываете, как пришли в библиотеку Dior, здесь, в «Ля Коль Нуар», и шестым чувством ощутили, что вам надо делать дальше.   

Д.П.: Да, сидя за большим столом и глядя в окно на холмы Кальяна, – деревни, где Кристиан и Катрин жили с их отцом Морисом и бывшей гувернанткой Мартой Лефебр в тридцатых годах и позднее, во время войны. Семья обосновалась на маленькой ферме «Ле Наиссе» (фр. «Les Naÿssè»), окруженной цветочными полянами.

FNW: Они уединились, словно отшельники?

Д.П.: Ну, Кристиан и Катрин жили не только в Провансе, но и в Париже. В последние месяцы немецкой оккупации они оба находились во французской столице. Их объединяла очень прочная связь, брат и сестра были лучшими друзьями. В архивах Dior я нашла фотографии, на которых юная Катрин – ей тогда было лет двадцать, она родилась в августе 1917 года, – позирует в нарядах от Кристиана Диора задолго до того, как он стал Кристианом Диором. Вернее, у него, конечно, были те же имя и фамилия, но в то время он только начинал и просто исполнял отдельные заказы, например, от Робера Пиге. Кристиан также рисовал иллюстрации для многих изданий – «Harper's Bazaar», разных французских газет и журналов... С Люсьеном Лелонгом он начал сотрудничать только в 1942-м, так что одежда Катрин на этих фотографиях – ранние творения самого Диора.   


Катрин Диор в 1937 году. Photo: Collection Christian Dior Parfums


FNW: Как красота Dior смогла вырасти из жестокостей оккупации и вероломств эпохи «правительства Виши»? Вот, что прежде всего хочется узнать из этой книги. Как вы отвечаете на этот вопрос? 

Д.П.: Думаю, даже травмы и потери не должны отнимать у нас надежду, лишать веры в свободу и красоту. В этом и есть сила духа. Сейчас мы проходим через нечто подобное. Конечно, не в такой степени. Пандемия не унесла столько жизней, сколько забрала Вторая мировая война, однако с тех пор на долю человечества не выпадало более серьезного испытания. Но, что бы ни происходило вокруг, сейчас мы с вами находимся в этом прекрасном месте и по-прежнему верим, что в мире существует такая вещь как красота. Для меня, безусловно, представляли интерес травмы Второй мировой войны, те шрамы, которые война оставила Кристиану Диору и его семье.

После нацистского концлагеря Катрин вернулась в Париж, к брату. Как раз в это время у Кристиана начинают проявляться амбиции кутюрье. В честь Катрин он создает аромат «Miss Dior».

Появляется «Нью-Лук», который, как известно, отчасти ностальгичен, обращен к Прекрасной эпохе до Первой мировой войны. Революционность этого стиля в том, что даже ужасы военного времени не заставили кутюрье расстаться с очень романтичным представлением о красоте.

FNW: Да, есть критики, которые интерпретируют «Нью-Лук» как реставрацию того, что было раньше.

Д.П.: Именно. И этот аспект я тоже подробно рассматриваю. Некоторые называют «Нью-Лук» очень регрессивным, противопоставляя ему эстетику Шанель, которая освободила женщин, предложив им маленькое черное платье и свободные жакеты. И все же, изучив историю Кристиана и Катрин, я не могу согласиться с таким мнением. «Нью-Лук» закладывает много объема по линии плеча, бедер, груди. Женщины, которые вернулись из лагерей, были истощены до крайности, поэтому я расцениваю дизайнерские приемы Кристиана как стремление уберечь. Диор всегда говорил, что подходит к предметам гардероба, как к зданиям. Одежда была для него архитектурой. Поэтому в свои конструкции кутюрье привносил ощущение защищенности, мягкости и безопасности.

FNW: Насколько активно Катрин участвовала в движении Сопротивления?

Д.П.: Мы склонны думать о французском Сопротивлении как о целостном объединении. Но на самом деле оно было очень разобщенным. Первый «акт неповиновения» со стороны Катрин был очень простым – из Кальяна она поехала в Канны, чтобы найти радио, поймать волну BBC и послушать выступление генерала де Голля. Тогда это был действительно поступок. За прослушивание речей Шарля де Голля грозила тюрьма. Катрин приехала в Канны в поисках радио и влюбилась в человека, который ее этим радио снабдил. Его звали Эрве де Шарбоннери, он был на двенадцать лет старше Катрин и, что интересно, ровесником ее брата Кристиана. Кристиан и Эрве оба изучали политические науки в университете Сьянс По. Эрве и завербовал Катрин в сеть сопротивленцев F2. Они не поженились, но их отношения продлились всю жизнь до самой смерти де Шарбоннери в 1989 году.

F2 была франко-польской сетью, поставлявшей агентурные сведения британской разведке в Лондон. Эта первая группа французских участников Сопротивления была сформирована в 1940 году после падения Франции. Ее организовали два польских офицера, которые не смогли эвакуироваться в Дюнкерк с другими поляками и остались за расположениями противника. Эрве стал одним из первых рекрутов F2, участвовавших в развертывании сети на территории Франции, – с севера до Канн вдоль средиземноморского побережья. В отличие от борцов «маки», которые в первую очередь предпринимали атакующие действия, F2 занималась разведывательной деятельностью и передавала добытую информацию союзникам.

FNW: Каких политических взглядов придерживалась Катрин?

Д.П.: Она была безоговорочной сторонницей Шарля де Голля. Она ненавидела маршала Петена, Пьера Лаваля и коллаборационистов из «правительства Виши», в одночасье демонтировавших французскую демократию и принявших антисемитские законы еще до того, как фашисты указали им это сделать. Катрин считала, что у граждан Франции есть право контролировать политическую систему, де Голль вкладывал это в так называемую французскую идею. У Франции давние традиции демократии, и вдруг с ними разом покончили.

FNW: Катрин когда-нибудь жила в «Ля Коль Нуар»?

Д.П.: Да, но уже после смерти Кристиана. Одна из причин, по которой Месье Диор в 1950 году купил этот замок, как раз состояла в том, что поблизости, в Кальяне, проживала Катрин. Их отец умер в 1946-м, завещав ферму младшей дочери. После краха Уолл-стрит глава семейства потерял всё, он стал банкротом. Их фамильное имение в Гранвиле перешло к муниципалитету. Так что уже в конце двадцатых годов они перебрались в Кальян. Кристиан еще какое-то время держал в Париже арт-галерею, но и она в условиях Великой депрессии обанкротилась. Ему удалось выручить немного денег, продав последние картины. Например, картину Дали он отдал за жалкие 250 долларов. С небольшой денежной суммой они и приехали в Прованс, где стали выращивать овощи, но первым их урожаем были розы для парфюмерной индустрии.

Там, на юге, Кристиан учится рисовать. Примерно в 1936 году он возвращается в Париж, Катрин следует за ним. Они селятся под одной крышей, и Кристиан начинает зарабатывать на жизнь модными иллюстрациями.  



DR


FNW: На ваш взгляд, Катрин была феминисткой?

Д.П.: Да… Я так думаю. Забавно, что я не сразу ответила на ваш вопрос, хотя считаю ее стопроцентной феминисткой. Она так и не вышла замуж за Эрве. Она осталась Катрин Диор и управляла собственным делом. Сразу по возвращении из лагеря Катрин начала выращивать и продавать цветы, позднее она целенаправленно занялась розами. После смерти Кристиана она унаследовала половину его состояния, в том числе и налоговые задолженности брата. В «Ля Коль Нуар» она прожила какое-то время, но меньше года. Содержание замка оказалось слишком затратным, поэтому его пришлось продать.

FNW: Кристиан Диор не первый модельер, который жил не по средствам...

Д.П.: Совершенно верно.
 
FNW: Несмотря на непростую жизнь, разорение семьи, ужасный опыт военного времени, Катрин не озлобилась и не пала духом, не так ли? 

Д.П.:  Она точно не была зациклена на деньгах. Ее первой заботой была свобода. Чтобы выжить в Равенсбрюке, нужны большая удача и недюжинная стойкость. Вернувшись, она вела благополучную жизнь, посвятив себя цветам. Замечательная садовница, Катрин выращивала розы и жасмин в красивом саду на ферме в Кальяне. Я провела там некоторое время, пока работала над книгой. Это совсем непритязательное местечко, но оно прекрасно, настоящий провансальский рай. Своими розами сестра Кристиана Диора прославилась на весь регион. И, знаете, оказывается, розы из сада Катрин до сих пор используются при создании парфюмерии Dior!

Поразительно, что перед показом коллекции «Нью-Лук» (гости должны были вот-вот нагрянуть в особняк на авеню Монтень) Кристиан Диор распылил литр «Miss Dior» повсюду – на лестнице, в гостиной, в коридорах. 

FNW: Как бы Катрин восприняла то, что сегодня коллекции для Dior создает убежденная феминистка?

Д.П.: Я думаю об абсолютной преемственности между прошлым и будущим. По крайней мере, сейчас это ощущается именно так. Когда я начала изучать жизнь Катрин, Мария Грация Кьюри как раз присоединилась к Dior. Мы с ней уже тогда дружили, зная друг друга еще по Valentino. Да, сегодня во главе Dior стоит очень сильная женщина, которая считает, что феминизм и мода могут шагать рука об руку. Полагаю, что Катрин так или иначе появлялась в каждой коллекции Кристиана, что-то он обязательно создавал специально для нее.

FNW: Вы пользуетесь ароматом «Miss Dior»?

Д.П.: Я не смогла бы написать эту книгу, если бы этого не делала. Все больше узнавая Катрин, я беседовала о ней с Марией Грацией. Она по-настоящему заинтересовалась. Я рассказала, что посетила «Ля Коль Нуар» и ферму в Кальяне. Мария Грация захотела, чтобы я вернулась туда вместе с ней, и мы подробнее поговорили о Катрин. И вот после этих наших встреч появляется коллекция сезона Весна-Лето 2020, и сумка под названием «Caro». Каро – оперативный псевдоним Катрин в Сопротивлении, так что этот аксессуар – своего рода выражение признания. Впрочем, думаю, во всех коллекциях Марии Грации есть деликатные отсылки к Катрин.

FNW: Многие впервые заговорили о Катрин после речи, которую гендиректор Dior Сидни Толедано произнес в 2011 году, когда Джон Гальяно из-за пьяного антисемитского выпада был выставлен за дверь. Тогда Сидни рассказал о том, как Кристиан забирал свою сестру с Восточного вокзала в Париже. Вам что-то удалось узнать о пережитом ею в Равенсбрюке?

Д.П.: Многое. Я приезжала в Равенсбрюк дважды. Я выяснила, что Катрин за год побывала в трех трудовых лагерях. Равенсбрюк был женским концентрационным лагерем. Катрин депортировали туда вместе с другими французскими женщинами в августе 1944-го за считанные дни до освобождения.   
 

Образ из коллекции Christian Dior, вдохновленной Катрин Диор. - Весна-Лето 2020 - Womenswear - Париж - © PixelFormula


FNW: Как ее арестовали?

Д.П.: Это сделали французские сообщники гестапо. Они схватили ее на площади Трокадеро в Париже и отвезли на Рю де ля Помп, 180. Там ее два дня пытали. Катрин не выдала никого из Сопротивления. Она защитила Кристиана, с которым тогда делила кров в Париже, и свою лучшую подругу Лилиан, тоже состоявшую в F2. Катрин была невероятно смелой. Ее бросили в тюрьму. Затем вернули оттуда и вновь подвергли пыткам, но так ничего и не добились. В результате Катрин оказалась в парижском предместье в лагере для интернированных, потом ее привезли обратно во французскую столицу и там уже погрузили на один из этих ужасных поездов.

FNW: Какой она вернулась?

Д.П.: Когда Кристиан приехал за сестрой на вокзал, он ее не узнал. В семье никто не знал, какая участь постигла Катрин. И вот здесь для меня становится ясна природа веры Кристиана Диора в сверхъестественное. Чтобы узнать о судьбе сестры, он посетил ясновидящую, которая сделав расклад на картах таро, сказала, что Катрин жива и вернется. Это, по моему мнению, и дало толчок суеверности Кристиана. Хотя суеверность не вполне точное слово, возможно, это лучше назвать магическим мышлением.

FNW: Вы очень доходчиво рассказали о влиянии Катрин Диор на Кристиана Диора и теперь вот на Марию Грацию Кьюри. Когда люди прочитают вашу книгу, что они должны вынести из нее?

Д.П.: То, что сердцевину Dior составляют красота и свобода. Отчасти именно стойкость выковала этот бренд. И это очень важное знание, которое я извлекла из всего изученного мной не только как писатель, но и как женщина. Я хотела донести до читателей то, что можно пройти через лишения, крах, травмы и стать сильнее, чем прежде. Но еще более чудесна вера в красоту, рождающуюся из мрака. Наверное, такое понимание приходит только с возрастом, когда начинаешь лелеять мгновения счастья. Когда радуешься свету потому, что знаешь, что такое тьма. Не случайно на церемонии погребения Кристиана Диора на маленьком кладбище в Кальяне Жан Кокто назвал кутюрье принцем света, которому довелось вкусить тьмы. Это очень верно. Кристиан Диор знал, что такое тьма. Он пережил трагедию своей семьи и испытал собственные страдания. Его мать умерла от септицемии, старший брат, вернувшись с войны, так полностью и не оправился от посттравматического стрессового расстройства, у другого брата диагностировали шизофрению, обожаемая младшая сестра прошла через пытки и концлагерь. Диор вкусил тьмы. Но разве не это сделало его великим кутюрье? Понимание, что такое мрак, и что такое свет.
 

Годфри Дини

 

Copyright © 2021 FashionNetwork.com All rights reserved.